Выпуск №47

Аннотация: Вниманию читателя предлагается фрагмент переписки (случившейся в декабре 2023-го — феврале 2024 г.) бывшего (в середине 60-х годов прошлого века) студента 2-го Московского медицинского института (П. Тищенко; П. Т.) и его преподавателя философии (Л. Черняка; Л. Ч.), в которой затрагивается проблема смысла философского дела. Для П. Тищенко в классической философии мысль как усилие к бытию (conatus) приписывается результату этого усилия — например, чистому ego, а личный смысл существования этого сущего размышляющего человека снимается в его сущности — жизни чистого сознания. Вопрос стоит так: кому принадлежит усилие к бытию — частному человеческому существу, начинающему размышление, глядя на огонь камина и сомневаясь во всем, или тому абсолютно несомненно сущему «Я», которое в результате размышления как раз и обеспечивает себе эту несомненность как достоверное основание? Ответ на этот вопрос для П. Тищенко связан так или иначе с усилием к бытию частного человеческого существа, которое в результате этого усилия предъявляет себя для себя самого и других в качестве автора. В частности, на примере творческой биографии В.С. Библера утверждается, что реальный человек, отвечая на вызовы меняющейся исторической ситуации, может предъявлять себя в качестве различных авторов, общность которых возможно обосновать лишь биографически. Отвечая П. Тищенко, Л. Черняк подчеркивает, что абстракция абсолютного «Я» — это совсем не то же самое, что Я трансцендентальное. Трансцендентальное Я не есть та отдельная сущность, которую можно было бы хоть как-то противопоставить «частному человеческому существу, начинающему размышление, глядя на огонь камина, и во всем сомневающемуся». Трансцендентальное Я есть собственно человеческий модус бытия человеческого индивида qua индивида. Это Я есть тот осуществляемый индивидом (и только индивидом, а не его эйдосом!) индивидуальный синтез (индивидуальное авторство относительно формирования) своей собственной способности авторствовать, каковой синтез только и делает человеческого индивида человеческим, т. е. производителем и осваивателем («геном») своего рода, а не индивидуальным воплощением этого рода (не индивидуальным воплощением эйдоса как родового начала). Эти центральные для корреспондентов аспекты обсуждались в контексте критики современной философской ситуации.